Ранее существовавшее заведение.

Располагалось по адресу: Обнинск, ул. Курчатова, 28-а.

Заведующая производством — Валентина Кузьминична Ковалева.


Молодое поколение Обнинска, проходящее мимо кафе «Фрегат», вряд ли знает: не было его на этом месте раньше. А была советская столовая, которая по популярности дала бы нынешнему кафе сто очков вперёд. Только стёрта она навечно с карты города. Ничего не осталось, кроме уже подзабытого имени «Орбита» и истории её рейдерского захвата — первого в Обнинске, где даже бизнес-среда не имела понятия ни о чём подобном.

Позже за чужую собственность, как за стратегический населённый пункт в военное время, будут биться и власть и акционеры, и криминальные группировки. А в начале 90-х, когда где-то на горизонте лишь показался призрак капитализма, Обнинск уже был настроен распахнуть перед ним свои объятия. Не весь, конечно. Отчаянно сопротивлялся госсектор. но он, встроенный в когда-то богатую и всеохватную «оборонную паутину» страны, вместе с ней терял свою былую политическую и материальную мощь. Кое-кто в то растрёпанное время сразу сумел урвать кусок от прежней упитанной плоти, не дожидаясь её агонии. И именно та, первая попытка захвата советской столовой выглядела довольно сомнительной сделкой. Несмотря на то, что преподносили её под благовидным предлогом.

Суть состояла в том, чтобы столовую, которая кормила пол-улицы Курчатова — 1,000 человек каждый день по рублю за обед — отдать в аренду частнику. Иначе, мол, все коммуникации придут в негодность и их уже «не поднять» собственнику — ЦКБ, который сам еле сводил концы с концами. А частник сделает из «Орбиты» украшение Обнинска: роскошный, какой не видывала даже златоглавая, валютный ресторан, и он — к тому же — в обеденные часы будет обслуживать горожан. Всех подряд. За символическую плату.

Обещания лопнут, как мыльный пузырь. но очевидность краха этой затеи станет видная намного позже. И позже по похожим сюжетам будут писать сценарии к фильмам. Разве что обнинские захватчики быле не в камуфляже и в масках, а в обычной одежде из гардероба советского ширпотреба...

5 ноября 1991 года, когда закон о приватизации был пока ещё предметом острых дискуссий среди экономистов и политиков, в выходной, аккурат перед тогдашним революционным праздником, помещение столовой №17 под названием «Орбита» было снято с сигнализации. В него в сопровождении подручных вошёл не имеющий к ней никакого отношения директор незначительной фирмы «Согласие» Владимир Семерьянов. Чужаки походили-походили и ушли.

Народ встревожился. Никак хотят отобрать столовую? И кто? Прознали, что Семерьянов в прошлом имел проблемы с законом, а в настоящем — хозяин пельменной: не очень приглядной. Тем не менее, в начальственных кабинетах разгуливает как свой.

В разные инстанции полетели письма: «Не трогайте столовую!» Ответа не последовало. И люди, отродясь привыкшие к повиновению, решились на открытый вызов: выставили пикет перед горсоветом. Этот вызов власти со стороны обычных мирных людей был первой нешуточной акцией протеста. Вид разъярённых женщин не мог не подействовать.

Руководителей и сотрудников столовой пригласили в кабинет Владимира Писарцева, последнего председателя горисполкома. В кабинет вошёл и Владимир Евсеевич Семерьянов — человек тучный и, по всему видать, довольный жизнью. Вошёл, что называется, по-свойски. И вообще он всегда запанибратски разговаривал с чиновниками, хватал за пуговицы журналистов и уговаривал их ехать с ним в его офис.

Офис этот располагался в гостинице ЦИПК, и там, на столе, как мраморная игрушка, красовался макет ресторана, который Семерьянов обещал построить вместо «Орбиты». Греческий зал... Восточный... Скульптуры... Бассейн... При этом Семерьянов изощрялся, насколько позволяло его образование, в красноречии. Русская кухня XVII-XVIII веков, минимум 50 блюд. Экологически и биологически чистые продукты. Официанты со знанием трёх иностранных языков и искусства общения. Казалось, единственной помехой на пути к цели у него встали коллектив «Орбиты» и заодно жители соседних домов. Точку в противостоянии как раз и должно было поставить созванное в «правительственном» доме совещание у сторон.

Приглашённые расселись у Писарцева за длинным столом. Пригласили за стол и подошедшего директора ИМР Анатолия Цыба с начальником ЦКБ Валентином Чубом. Они, тогда ещё наивные, были уверены, что их заступничество за «Орбиту» станет определяющим в её судьбе. Но она была уже предрешена. И не последнюю роль в заключительном аккорде сыграл сидевший в сторонке будущий вице-мэр и главный идеолог приватизации по-обнински Евгений Дорогайкин.

Разговор выглядел душевным, и поначалу встрёпанные ходоки, которых успокаивали — волноваться, мол, не стоит, — ушли вполне довольные состоявшимся рандеву. Им практически пообещали создать акционерное общество и учредителем его, а следовательно, хозяином сделать коллектив. Хотя посвящённые в тот момент Х знали, что здесь и сейчас, в этом самом высоком в городе кабинете, разыгрывается хорошо срежиссированный спектакль. Что и подтвердили последующие события.

«Орбиту» не отдали коллективу, а отдали Семерьянову. В длительную аренду. На фантастически выгодных для него условиях. 620 квадратных метров за 15,000 рублей (пару вазовских машин) в год. Один пункт в договоре выглядел особенно любопытным: размеры арендной платы — и это при галопирующей инфляции! — не могут меняться раньше, чем раз в пять лет.

Сегодня уже никто не задаётся вопросом — почему не отдали «Орбиту» в аренду самому коллективу, который готов был вложиться в ремонт и не менять профиль общественной, как её называли, столовой. Даже после завершения сделки её сотрудники продолжали обивать кабинеты чиновников. прорвались даже в московские, в частности, в Госкомитет по антимонопольной политике... Все надеялись... Пока не свалились с ног от нервных перегрузок. Кое кто провалялся на больничной койке не одну неделю. Заведующая кулинарией Валентина Головина, хоть, может быть, больше всех тратила себя в борьбе за столовую, поднялась на ноги раньше других и снова принялась за хлопоты. Но коллектив уже распадался. Вера иссякла.

Так обошлась обнинским общепитовцам первая попытка вхождения в рыночные отношения. Потом капиталистическая телега ехала хоть по ухабистой, но проторенной дороге. К слову сказать, для Головиной, которая сражалась за советскую столовую, история повторилась почти точь-в-точь. Только уже на другой орбите. Попробовала создать собственное предприятие общепита. И создала — хорошую кулинарию, под которую выделили ей в аренду место в столовой «Радуга». Но радужным это место для неё не стало. Нашлись новые рейдеры. Головиной отключали свет, воду, сигнализацию, намекали, мол, надо бы подумать о детях... Словом, не хватило сил даже такой предприимчивой женщине бороться в одиночку — без прикрытия.

Ну, а как другие фигуранты этой истории? Бывшее первое лицо исполнительной власти Владимир Писарцев, человек контактный, носитель полезной информации, будет сбит с курса на перекрёстке социализма и капитализма. Но через какое-то время оправится: станет исполнительным директором в РЭП «Берёзовское» — его представительство из богатого Ханты-Мансийского автономного округа приедет в Обнинск и поселится в купленном у ООСПАО бывшем детском саду «Жар-птица». Бывший вице-мэр Евгений Дорогайкин займётся предпринимательством и ни разу при всех последующих политических и экономических бурях не посадит на мель свой бизнес-корабль. И только главный фигурант Семерьянов исчезнет из города. Хотя однажды будет замечен в 38 микрорайоне.

Верил ли сам Владимир Евсеевич в свои россказни? Или они нужны ему были в рассчёте на получение кредита в 30 миллионов рублей, которые так и осели неизвестно где? Много ещё чего говорил Семерьянов. У него будут теплицы, а в них, не просто там огурцы. Всякая экзотика — мандарины и ананасы. «Да вы сказочник. Как Гайдар», — подкалывали его вредные журналисты. Тогда уже Гайдара кляли на чём свет стоит. И отличным фоном для недовольных им были такие вот Семерьяновы. Да и вообще, небылицы составляли основу бизнес-культуры на заре капитализма. Пройдёт два-три года, и в гостинице ЦИПК, что напротив, поселится КИАБ, который кинет чуть ли не треть взрослого населения города. На сомнительные риэлторские фирмы поведутся доверчивые клиенты и окажутся без денег и без жилья...

Столовая «Орбита» в городе Обнинске после сноса

А в наследство от «Орбиты» останутся лишь одни развалины. Они долго будут мозолить людям глаза. Потом строительный хлам зарастёт мусором. А потом этот клочок свалки в бойком месте Обнинска купит фирма «Ева». Но это уже другая история.


   Рестораны, банкетные залы, бильярдные, кафе, бары, пиццерии, боулинг-центры в городе Обнинске