Андрей Алексеевич Шухардин

Андрей Шухардин — генеральный директор компании «Андромета».

Родился 28 апреля 1959 года в Глазове (Удмуртия).


Мечтал стать лётчиком, но не повезло. Поехал в Качинское училище, не прошёл. Отставили из-за роста. Сказали — в кабину не влезет. Но он от цели не отступил. На следующий год поехал в Ейск. Заранее навёл справки — там не было ограничений по росту. Но опять невезуха. Уже прошёл психологический отбор. А тут — насморк. Барокамера в таком случае противопоказана.

Приверженность авиации привела его в Казанский авиационный институт, а когда закончил, получил направление в Обнинск, в НПП «Технология». Тут вроде бы фортуна повернулась к нему лицом. Из конструкторов — в начальники конструкторской бригады. Потом заместитель начальника лаборатории.


На заводе «Венталл»:

Андрей Алексеевич Шухардин на заводе «Венталл»


Интервью с Андреем Алексеевичем Шухардиным (Венталл / Андромета) (06.07.2012)

Андрей Шухардин — хорошо известный в Обнинске бизнесмен. Долгое время он управлял заводом «Венталл», а сейчас поднимает новый бизнес — компанию «Андромета».

И это крайне замечательно, что он нашёл возможность встретиться для того, чтобы честно и обстоятельно ответить на все интересующие меня вопросы.

АЙК Обнинск: Здравствуйте, Андрей Алексеевич! Расскажите, пожалуйста, о том, с чего всё начиналось.

Шухардин: Компания «Венталл» была создана в 1991 году. 16 мая, кажется. Мы изначально занимались производством зданий на металлическом каркасе. Начали ориентироваться не на технологии российские, а на технологии западные, прежде всего американские. Как на более прогрессивные. К тому же нам проще было работать с листом, чем с различными профилями. Лист достать было проще. Мы делали здания из сварных двутавров и мы одними из первых запустили серийное переменное сечение.

Уже в 2000 году «Венталл» был признан лучшей компанией России в своём сегменте. Мы изначально создавались как компания, которая производила полнокомплектные здания. Это и каркасные элементы и ограждающие элементы и множество сопутствующих видов продукции. Прогрессивность компании «Венталл» выражалась в том, что делалось очень много нового, совершенно нового.

Мы запустили серию зданий «Кондор» из сварного двутавра переменного сечения, серию зданий «Спайдер» из холодногнутых оцинкованных профилей. Это были по-настоящему инновационные проекты.

АЙК Обнинск: А что и где было построено с применением продукции «Венталла»?

Шухардин: Работали по всей стране. На Земле Франца-Иосифа построили объект для размещения наших пограничников. В Южно-Сахалинске делали крупнейший торгово-развлекательный центр. Создавали электростанцию на Чукотке по заказу Абрамовича. В Москве мы реконструировали Большой Устьинский мост вместе с итальянской фирмой «Тодини». Поставляли конструкции в Москву для Новоспасского моста.

АЙК Обнинск: Но ведь ко всему этому пришли не сразу? Когда компания только стартовала, сколько у неё было сотрудников? Где изначально размещалось производство?

Шухардин: Сотрудников было трое. Сначала мы арендовали производство, потом мы построили небольшое производство в Мишково. Затем стали арендовать производство в Балабаново — на балабановском заводе «Стройтехника». Потом мы выкупили этот завод, его реконструировали полностью. Он был весь в долгах и мы покрыли все эти долги. Вывели завод на соответствующие обороты и уровни. Потом построили новый завод в Обнинске.

К тому моменту, когда мы продавали бизнес финнам из компании «Rautaruukki», сотрудников было уже 2,100 человек. Компания была большая, известная на рынке. Каждый год мы делали около 300—400 разработок. Мы строили «Ашан», строили «Леруа Мерлен».

АЙК Обнинск: А к строительству «Триумф Плазы» в Обнинске вы имеете отношение?

Шухардин: Нет. В этом мы не участвовали. Здесь были другие поставщики конструкций.

АЙК Обнинск: Как именно прошла передача бизнеса финнам?

Шухардин: После продажи «Венталла» мы полтора года проработали на «Rautaruukki», ведь нужно было грамотно передать дела. Это было в наших интересах, поскольку там работало более 2,000 человек, это были наши сотрудники и нам было очень важно, чтобы передача бизнеса прошла достаточно плавно.

АЙК Обнинск: Зачем было продавать столь успешный бизнес?

Шухардин: Была предложена хорошая цена. Мы же занимаемся бизнесом, а бизнес — это извлечение прибыли. А прибыль может извлекаться как путём продажи продукции, так и путём продажи самого бизнеса.

АЙК Обнинск: Ясно. А компания «Rautaruukki» была единственной, сделавшей предложение?

Шухардин: Нет. Нам постоянно поступали различные предложения как от российских компаний, так и от западных. Но предложение компании «Rautaruukki» было наиболее интересным. Поэтому мы его и приняли.

АЙК Обнинск: Довольны ли вы тем, как шли дела компании после продажи? Или новые владельцы «повели корабль на рифы»?

Шухардин: В течение того переходного периода в полтора года, когда мы там работали, компания шла вверх. И прибавляла каждый раз достаточно серьёзно. Хорошая прибыльность была — около 17%. Но, к сожалению, некоторые решения, которые были приняты руководством, привели к неудачам на рынке.

АЙК Обнинск: И в чём была главная ошибка финнов?

Шухардин: В том, что они не учитывали рыночный менталитет России. Ведь мы за эти 1,5 года очень многое сделали для того, чтобы с точки зрения маркетинга не была уничтожена продуктовая линейка. А вот реклама и вся стратегия продвижения продуктов компании «Rautaruukki» заключается в том, чтобы не продвигать продукт как таковой, а продвигать брэнд. Но брэнд в России — это только брэнд, а покупатель приобретает конкретные продукты. И для того, чтобы он понял то, с чем ассоциируется этот брэнд, нужно время. Нужно долго к этому идти.

Были ещё и неудачные кадровые решения. Были неверные решения, связанные с оплатой труда. Но кризис помог им сказать о том, что всё это — результат кризиса. Однако в любом случае это остаётся лучшим предприятием на сегодняшний день в России. Пока ещё никто до них не смог дотянуться. Хотя многие молодые компании уже подтягиваются. Но мы оставили хороший задел — брэндовые продукты, которые сейчас ассоциируются с компанией «Rautaruukki». Многие их копируют, но это — неизбежность. Надо бежать вперёд для того, чтобы не отставать.

По условиям контракты мы пять лет не должны были составлять им конкуренцию, поэтому мы работали с ними где-то до 2008 года.

В 2008 году была создана компания «Андромета». Мы начали свои разработки. Сначала теоретические. А в 2011 году, когда прошло пять лет с момента продажи в 2006 году компании «Венталл», мы вышли на рынок со своими продуктами.

АЙК Обнинск: То есть сейчас это — две конкурирующие компании?

Шухардин: Ну, сложно сказать, что «конкурирующие компании». Может быть, что по одному продукту мы и конкурируем, но в целом мы сейчас занимаемся немного другим.

Мы сделали упор на жилищное строительство. Что компания «Rautaruukki» не делает. Хотя мы сейчас имеем и линейку коммерческих зданий, которые являются конкурентами зданий «Спайдер». Мы даже пошли дальше и разработали конструкцию, которая лучше, как нам кажется. Более технологичную, более интересную.

АЙК Обнинск: А кто придумывал названия для компаний «Венталл» и «Андромета»?

Шухардин: Название «Венталл» придумал я. А название «Андромета» придумала наша сотрудница. Нэйминг — очень сложный вопрос. Может быть, мне и не очень нравится название «Андромета», но мы уже с ним сжились.

АЙК Обнинск: Оно что-то означает?

Шухардин: Название произошло от слов «Андрей» и «Металл». Не путайте с Туманностью Андромеды.

АЙК Обнинск: И что сейчас происходит в новой компании?

Шухардин: Мы запустили два новых брэнда — для жилых и коммерческих конструкций. Строим завод в Кривском, на котором будем все эти конструкции производить. Закупили уникальное для нашей отрасли оборудование, которое делалось по нашим техническим заданиям. Оно позволит нам делать весьма технологичные здания.

АЙК Обнинск: Компания «Андромета» ведь ещё не догнала российское подразделение «Rautaruukki» по количеству сотрудников?

Шухардин: Мы и не собираемся их догонять по числу сотрудников. Хотим сделать достаточно компактную компанию, но с оборотами не меньше, чем у них. Это возможно. Мы идём по другому пути — по пути технологическому. Это займёт около трёх лет. Причём мы планируем не только догнать, но затем и шагнуть дальше. Мы хотим наши серийные здания сделать настолько доступными, насколько сегодня доступны товары IKEA.

АЙК Обнинск: А есть желание выкупить «Венталл» обратно?

Шухардин: Нет таких предложений. Финны сказали, что это — их стратегическое приобретение. К тому же мы продавали исходя из оценки нашей прибыльности. Сейчас, поскольку они убыточны, они должны стоить дёшево. Да, по идее? Но они не продают.

АЙК Обнинск: У компании «Андромета» есть какие-то проекты в нашем регионе?

Шухардин: Мы, совместно с компанией «Технолига», принимали участие в проектировании спортивного комплекса «Олимп». В Балабаново построили складские помещения. Будем строить два жилых дома в Кривском (четырёхэтажный и шестиэтажный). Порядка 180 квартир там будет.

Мы определили для себя направление среднеэтажной застройки — до шести этажей. Мы используем для возведения таких зданий оцинкованный профиль.

АЙК Обнинск: То есть в дальнейшем вы ещё будете и компанией-застройщиком?

Шухардин: Ну, мы и так являемся компанией-застройщиком. Но мы больше занимаемся девелопментом, мы — не строительная компания. Мы привлекаем строительные организации для того, чтобы они строили для нас. Мы это финансируем, мы покупаем землю, мы делаем проекты. Выступаем как девелоперы.

Хотя в принципе, в тот же Воронеж, например, где проводится программа по расселению ветхого жилья, мы поставляем конструкции для двух трёхэтажных домов — трёхподъездного и четырёхподъездного. Там мы делаем только проект и занимаемся поставками. И всё.

АЙК Обнинск: Очень интересно. А почему в 1991 году решили заняться металлом? В советские годы работали в этой отрасли?

Шухардин: Нет. Я — авиационный инженер, окончил Казанский авиационный институт. Работал на НПО «Технология». Потом у нас была чисто торговая компания. И только потом уже появился «Венталл».

АЙК Обнинск: А можете прокомментировать роль Евгения Гусакова в истории компании «Андромета»? В своё время это было большей неожиданностью для всех, когда он объявил о переходе из Администрации Обнинска в частную компанию.

Шухардин: Он работал у нас очень мало и по сути ничего не успел сделать. Гусаков тогда искал себе хорошее место, а мне как раз нужен был человек, который мог бы заниматься маркетингом. Поскольку у него хороший послужной список был, я пригласил его в «Андромету». Думаю, что ему более свойственно заниматься именно общественной деятельностью. Хотя, пока молодой — пусть ищет. Ушёл он тогда от нас потому, что ему предложили возглавить ОМЦ в связи с уходом Егора Якорева в армию.

АЙК Обнинск: А что скажете по поводу собственной общественной деятельности? Вы же входите в фонд «Усадьба Белкино»?

Шухардин: Да, вхожу.

АЙК Обнинск: Сейчас же там главное действующее лицо — это Виктор Фёдорович Дроздов? Или Олег Викторович Есинский?

Шухардин: Сейчас президентом фонда является Виктор Дроздов. А Есинский был там пять лет, потом сказал, что «Всё, больше не хочу, не могу, ухожу».

АЙК Обнинск: Ну, Белкино будет дальше развиваться?

Шухардин: Нет. Понимаете, в чём тут дело. Вопрос заключается в том, что там есть проблемы. В том числе с землёй. Её у фонда хотят отнять. К тому же барский дом восстанавливать бессмысленно, он находится в аварийном состоянии. Нужен новодел, возможно с какими-то элементами исторической кладки.

Для того, чтобы это осуществить, нужно обильное финансирование. Если финансировать будет не государство, а мы — частные предприниматели, то нужно будет решать вопрос о принадлежности этой собственности. Потому что очень не хочется брать всё на себя и вкладывать туда деньги, осознавая, что в любой момент это всё может кто-то приватизировать. Вся эта юридическая коллизия пока лишь обсуждается, но не решается.

АЙК Обнинск: Большое спасибо за ответы. Я узнал для себя много нового и интересного!


Каска Андрея Шухардина в музее истории комсомола:

Каска Андрея Шухардина в музее истории комсомола


   Известные люди, имеющие отношение к городу Обнинску